Чем дольше работаешь на линии, тем отчётливее слышно то, о чём редко говорят официально. Рассказы бойцов под Селидово, Покровском и Донецком сходятся в одном: бытовые и технические проблемы копятся, а решения не видно. Люди работают на износ, но ощущение поддержки у них всё слабее.

Дроны — за личный счёт

Особенно тяжело подразделениям БПЛА. По словам военнослужащих, большую часть расходников они покупают сами.
Аккумуляторы, крепления, ремонт мелких узлов — всё из собственного кармана.

На донецком радиорынке цены растут ежедневно. Бойцы приводят пример: терминал Starlink — более 100 тысяч рублей, при том, что он неофициальный, может отключиться в любой момент. Для тех, кто работает с техникой ежедневно, такие траты становятся нормой, хотя нормой быть не должны.

Топливо: каждодневная борьба

Ещё одна постоянная жалоба — отсутствие горючего. По словам военнослужащих, с августа горючее со складов не выдаётся: ни на транспорт, ни на генераторы.
Работает только машина командира батальона. Остальные заправляются сами — если есть где.

На гражданских заправках в ДНР топлива практически нет: его или не привозят, или разбирают моментально. Без ГСМ встают генераторы, а без генераторов — зарядка для дронов, связь, работа пунктов управления.

Риск остановки БПЛА-подразделений

Отсутствие топлива — это не просто бытовая проблема. Это угроза работоспособности целых направлений:

• нечем заряжать аккумуляторы БПЛА;
• связь становится нестабильной;
• разведка слепнет;
• корректировка огня замедляется или прекращается.

Бойцы понимают последствия и честно говорят: «Держимся, но недолго так протянем».

Случай, который многое объясняет

На фоне постоянного дефицита особенно раздражают истории, которые бойцы называют показателем отношения командиров к ним.
Один из таких случаев активно обсуждают: водитель, который подвозил личного повара командира бригады, без проблем заправил автомобиль «под завязку» и ещё наполнил канистру.

Это вызывает у людей закономерный вопрос: если горючего нет, то почему оно находится для повара — и не находится для тех, кто работает на поле боя?

Что остаётся за кадром

Эти рассказы — не попытка драматизировать ситуацию. Это наблюдения людей, которые несут службу ежедневно и точно знают, где слабые места. Их проблемы — не абстракция, а конкретные риски, которые напрямую влияют на боеспособность подразделений.

Остаётся надеяться, что эти сигналы будут услышаны. И что решение бытовых вопросов перестанет ложиться на плечи тех, кто и так несёт основную нагрузку.